• ↓
  • ↑
  • ⇑
 
23:29 

снова чужие стихи

Алекс Микеров
+++
Те, с которыми что молчать, что говорить,
достаешь сигарету, а зажигалка уже горит,
допиваешь, а уже протягивают, чтоб долить;
им не требуется объяснять ни что болит,
ни по кому болит;
и соврал бы, да что соврешь им, когда весь вид
мой красноречиво правду им говорит,
как они – обижаясь и злясь временами -
продолжают меня любить;
и я чувствую, как между нами
тянется, теплится, бесится, бьется,
натягивается до предела, но никогда не рвется
живая нить,
из всего, что имею – именно это стоит хранить.

Те, кто берут на слабо, а потом проверяют пульс;
при истерике бьют наотмашь по левой щеке;
к ним приходишь – расквашен весь, говоришь: «Боюсь!
существую, мол, при деспотичном ростовщике;
я ему по крупицам сдаю слова, но растет процент!
я готов замолчать, только что ему, если глух?!»
А они, улыбаясь: «Ну, давай, завершай концерт,
завершай подводить нам итог всех своих разрух»,
гладят нежно, и от их теплых рук
улыбка вспыхивает на лице.

Те, с которыми мне еще жить и жить:
напиваться ночами и прошлое ворошить,
и сидеть на кухне,
и словами отчаянно ворожить –
словно угли
их ворошить,
едва потухнет.

Быть счастливым их улыбками, постоянством,
и – когда-нибудь – сединой,
до которой черт-его-знает-сколько-еще-ночей;

те, которые при встрече не спрашивают: «ты чей?»,
просто констатируют:
«ты теперь со мной».


+++
А не дойду до точки, так ринусь до запятой -
на выходных, помятый и испитой,
уставший, выжатый до лимонной
горчащей корки, с испорченною пятой,
но всё как прежде - резвый, неугомонный -
отправлюсь в свой персональный ад.

Возьму всё разом - и разом же отрекусь,
повою волком - хоть немножечко отвлекусь
от этих мыслей, хоть немножечко полегчает;
и думаешь - вот уеду куда-нибудь, развлекусь -
вдруг Он мне в Тибете возьмёт и предложит чаю,
но вот понимаешь, что Он и впрямь существует над,

лишь когда никого не просил - а тебя встречают.

И так хорошо, так живо делается внутри,
как будто лежал заброшенным рукодельем;
и вдруг вспоминают! и даже хвастаются: "смотри,
как классно связано, мне осталось всего лишь треть!"
и ты, конечно, гордишься, - но только не этим,
а тем, что на самом деле
тебя действительно кто-то однажды наденет,

что ты однажды кого-то действительно сможешь согреть.

+++
Таких как я легко узнают по движениям и походке,
по отсутствию денег и перспективы.
Нас вычисляют в схватке, в толпе и в сходке:
и прибирают к рукам активы.

Законы жизни просты, и при этом – непостижимы;
а ты, вероятно, вирус, програмный сбой:
то не влезаещь в рамки, то нарушаешь режимы –
и всегда остаёшься самим собой.

Это пугает их, это у них вышибает пробки,
нарушается ход вселенского бытия:
ты же обязан быть тихим, покорным, робким;
мальчиком для битья.

Их раздражают вопросы, поиски и потери,
их оглушает собственная тишина.
- Пожалуйста, выйди, и прикрой за собою двери!
И, да, если что, – твоя участь предрешена.

Такие как я нужны для баланса, и, в целом, это
всё для чего Господь придумал нас ненароком;

когда я себя подвожу – ну, как подводят проект под смету –
всегда остаётся пустое место. под левым боком.

00:36 

интересное по ИИ

17:48 

110 расстройств психики, которые чаще всего встречаются в кино

1) Диссоциативные расстройства:
- "Странная история доктора Джекила и мистера Хайда" (2006)
- "Цвет ночи" (1994)
- "Черный лебедь" (2010)
- "Я, снова Я и Ирэн" (2000)
- "Идентификация" (2003)
- "Психо" (1960)

2) Биполярное аффективное расстройство или маниакально - депрессивный психоз:
- "Молчание ягнят" (1991)
- "Правосудие Декстера" (2006)
- "Зодиак" (2007)
- "Одержимый" (2010)

3) Расстройство личности:
- "Лучше не бывает" (1997)
- "Роковое влечение" (1987)
- "Авиатор" (2004)
- "Отвращение" (1965)
- "Уолл Стрит" (1987)
- "Небесные создания" (1994)
- "Прерванная жизнь" (1999)

4) Амнезия:
- "Шоссе в никуда" (1997)
- "50 первых поцелуев" (2004)
- "Идентификация Борна" (2002)
- "Мементо" (2000)

5) Большое депрессивное расстройство:
- "Часы" (2002)
- "Девственницы - самоубийцы" (1999)
- "Вероника решает умереть" (2009)

6) Расстройства аутистического спектра:
- "Человек дождя" (1998)
- "Меркурий в опасности" (1998)
- "Тэмпл Грандин" (2010)
- "Адам" (2009)

7) Отклонения сексуального характера:
- "Секретарша" (2001)
- "Синий бархат" (1986)
- "Некромантик" (1987)

8) Шизофрения и паранойя:
- "Игры разума" (2001)
- "Остров проклятых" (2010)
- "Паук" (2002)

9) Обессивно-компульсное расстройство:
- "Грязная любовь" (2004)
- "А как же Боб?" (1991)
- "Хор" (2009)

10) Фобии:
- "Неуязвимый" (2000)
- "Имитатор" (1995)
- "Закрытые пространства" (2008)
- "Влюбленный Тома" (2000)

00:01 

все мы родом из детства

Ни для кого не секрет, что секрет многих великих деяний кроется в глубоком детстве будущих великих людей. Именно эти, незаметные моменты жизни, ставшие отправными точками великих поступков и стали объектами нашего исследования.

Когда Сталин был маленьким мальчиком в коротких штанишках, соседские дети сильно смеялись над ним, а иногда даже били. А все за то, что он курил трубку. Поэтому когда Сталин вырос, он специально стал президентом, чтобы никто не смеялся, а наоборот завидовали и тоже трубки покупали.
Когда Ленин был маленьким, он на утренниках любил влезть на табурет, взмахнуть бейсболкой и закричать "Впеёт товаиши!". Дети смеялись, а дед мороз не хотел давать конфет. Поэтому когда Ленин подрос, он завел себе броневичок. И правильно нечего смеяться!
Маленький терминатор был просто тихим, безответным конструктором лего в детсаду. Вот с тех самых пор он ненавидит ВСЕХ людей!!!
Когда Памела Андерсон была маленькой, родители никогда-никогда не покупали ей воздушных шариков. Она сильно плакала, и мечтала, что когда вырастет, у нее будет самый лучший , или даже два самых лучших шарика всегда с собой.
Когда академик Фоменко был маленьким, он всегда выдумывал глупые и неинтересные истории. Ему никто не верил а только обидно смеялись. Но он знал, что когда-нибудь обязательно придумает глупую историю в которую все поверят.
Когда Каспаров был маленький, он очень медленно думал и всегда проигрывал в риалтайм стратегии. Он очень обижался и даже плакал. Но однажды понял, что специально для тех, кто медленно думает, есть пошаговые стратегии, и был-таки прав.
Маленький Билл Гейтс всегда мечтал писать жопой. Вот такая вот странная мечта была у Билли. Но жопой писать никак не получалось. А потом он вырос и его мечта сбылась.
Когда Сергей Бубка был маленьким, то все дети скакали на палочках и кричал "Но", а ему палочки никогда не хватало. Тогда маленький Сереженька убегал в чулан, плакал и клялся что когда вырастет, то только и будет прыгать с палочкой целыми днями!
Когда Наполеон был маленький... Да он всю жизнь был маленьким, а из-за этого был злым и воинственным!
Когда Мересьев был маленький, то очень не любил ходить в обувной магазин. Это ж надо мерить, смотреть, скучно. "Когда я вырасту", думал Мересьев, "Мне никогда-никогда не надо будет ходить в обувной".
Когда Леонардо Да-Винчи был маленький, ему очень нравились идиотские улыбки. "Непонятные такие..." говорил он про них. И мечтал что когда вырастет, то главную загадку скроет в идиотской улыбке.
Когда Кутузов был маленький, его очень раздражало, что надо закрывать один глаз, чтобы целиться. "Когда я вырасту, нипочём не буду закрывать один глаз", - думал маленький Кутузов.
Когда Жорж Буш был маленький, он думал... Думал... Думал.... Но ничего не получалось. "Ничего", говорил ему папа, "Будешь политиком, далеко пойдешь"
Когда Горацио Нельсон был маленьким, ему подарили игрушечный кораблик, и Нельсон его нечаянно утопил. Его сильно ругали, и говорили что детям нельзя топить кораблики. А нельсон стоял потупя глаза, и думал что вырастет и тогда будет топить кораблики, и никто его ругать не будет, а будут наоборот хвалить!
Маленький Коперфильд был вороватым мальчиком. Не мог он пройти мимо чего-нибудь, не сперев. За это его часто били. "Когда я вырасту", - думал Коперфильд, когда его били в очередной раз, - "обязательно научусь делать так, чтобы вещи пропадали, а мне за это ещё и платили..."
Когда Жуков был маленький, он очень любил план...
Когда Амаяк Акопян был маленький, у него наблюдались серьезные нарушения Амаяка Акопяна. К примеру как тока ему попадался в руки какой-нить предмет, он начинал беспорядочно размахивать руками и кричать "Ахалай-махалай сим-салябим", в процессе предмет проебывался... Когда Амаяк подрос, он придумал как на этом подзаработать.
Когда Абрамович был маленький, мальчишки из соседнего двора не давали играть с ними в футбол. "Ничего", - бубнил Абрамович, в очередной раз идя ни с чем домой, - "когда я вырасту, у меня будет свой футбол!"
Когда Эйрик Рыжий был маленьким, ему не давали заплывать за буйки. "Когда я вырасту - уплыву к ебеням", - думал Эйрик.
Когда Колумб был маленьким, его любили посылать за чем-нибудь и делать ставки. Все знали, что пойдет он не туда, и найдет не то, но всем было жутко интересно. "Ничего" думал маленький Христофор, "Вот стану моряком, и будет у меня карта и компас! Уж мимо материка-то не промажу!""
Когда Кук был маленьким, он очень плохо кушал. А мама говорила ему "Будешь плохо кушать, будешь худым и жилистым, и не будут тебя люди любить". Кук хотел чтобы его любили и кушал хорошо. А зря.
Когда Пржевальский был маленьким, он очень хотел, чтобы у него была лошадка, но лошадки у него не было. Тогда он решил что вырастет, и у него будет собственная лошадь, которую только так и будут звать.
Когда Толстой был маленьким, он очень любил писать. Бывало подойдет к забору слово "Х*й" написать, и не остановится пока весь забор с двух сторон не испишет. А мечтал он написать короткий военный очерк про войну с Наполеоном.
Когда Пушкин был маленький, он очень любил рисовать смешные рожицы на полях. Но ему давали тетрадки, только если он там что-нибудь писал. Тогда он стал писать стихи, чтобы сбоку места под рожицы оставалось больше...

Prihod и Йцукен

22:13 

тортииик

21:22 

27

хочу повыть на луну!!!
не от того что все хреново и дальше уже некуда, тк придерживаюсь мнения, что из любой ситуации есть как минимум два выхода. Просто стойкая потребность выразить свое "я" через крик, а там уже будь что будет.... осталось определиться с малым - ПОД КАКУЮ ПЕСНЮ ВЫТЬ!

19:42 

Ваш Кодекс Жизненных Принципов :


Защищать то, что тебе дорого, любыми путями и способами.

Отступиться, затаиться, и нанести решающий удар.

Любить, не веря в любовь.Быть счастливым, не веря в счастье.Жить, противореча всему.
Пройти тест

17:48 

Коллекционер душ

Эпиграф: В каждом из нас есть невероятная сила. Сила, которая может изменить весь мир. Нужно только захотеть. Но как её использовать? Во имя Добра или во имя Зла? Каждый должен решить сам. И от того, какое решение примет большинство, зависит то, как изменится наш мир.
Станет ли он Раем или же адом.

Антоха! Ты что ли? – Воскликнул парень лет двадцати пяти в чёрном полупальто с длинным белым шарфом вокруг шеи.
Мужчина, шедший навстречу, остановился и удивлённо посмотрел на того, кто решился его побеспокоить. Через пару секунд его лицо озарила искренняя улыбка.
-Витёк! Чёрт возьми! Сколько лет мы не виделись?
-Да года три точно. Ну, как у тебя дела-то? Всё в порядке? Пойдем, посидим в той кафешке, поболтаем ни о чём.
- Ну, пошли. Я не тороплюсь.
Парни вошли в придорожную кафешку, заказали себе кофе и встали у маленького столика.
Первый начал задавать вопросы белокурый Антон:
Ну, давай рассказывай: что у тебя, да как? Как живёшь, кем работаешь… Я смотрю, с голоду ты не умираешь.
Виктор был человек, ничем внешне не примечательный. Разве что его серые глаза были почему-то грустными, причём грусть была не временной, не зависящей от него самого. Они были наполнены неуловимой печалью и состраданием. Усталые веки чуть-чуть прикрывали их. И из-за этого ощущение неснимаемой грусти только усиливалось.
Парень отхлебнул немного кофе из маленькой чашечки. И, набрав воздуха в грудь, заговорил.
-Кем работаю? Ладно, ты сам спросил… Ты прав Тоха. С голоду я не умираю, более того, могу сказать, что денег у меня хватает. У меня своя фирма, она приносит стабильный доход. Парень слегка улыбнулся уголками губ.- Я имею всё, что необходимо мужчине моих лет. Машину, пусть не новую, но иномарку; квартиру, конечно не в центре города, но всё равно в престижном районе. Меня уважают мои друзья, замечают женщины. Хотя, я всё ещё убеждённый холостяк. Но, знаешь, это не главное. Можешь мне не верить, но в последнее время земные блага потеряли для меня былую привлекательность. На первый план вышли вещи, менее востребованные большей частью населения. Вещи элементарные, но часто забываемые. Даже моя работа постепенно перестала быть таковой… Дело в том, что около года назад у меня появилось новое занятие. Теперь я коллекционер. Коллекционер душ...
Сказав это, парень выдержал паузу, взглянул на недоумевающего товарища и неторопливо продолжил.
- Людских, конечно. Душ, судеб, жизней - называй, как хочешь. Ну, что ты смотришь? Я не сошёл с ума. Я не сатанист. Не состою в тайной секте и не приношу жертв деревянным идолам. На самом деле всё намного прозаичнее и проще. Я просто стал больше общаться с людьми, а точнее, больше слушать их. Ты даже не представляешь, что можно узнать, просто начав слушать!
Например, моя соседка по лестничной клетке - Надежда.
Она привлекательная девушка. Успешная в работе и имеющая много друзей. Единственная её проблема - одиночество. Да, я не оговорился. Можно иметь много друзей, не знать человека, который смог бы тебя понять. Она не доверяет мужчинам. Вообще... И в этом нет её вины. Просто отец Нади постарался на славу. Пьяница, ничего из собой не представлявший. Он обожал учить жену и дочь жизни, а если ему казалось, что урок не понят, "подбадривал" обеих оплевухами. Видя такое каждый день, Надя не могла не измениться. Но, тогда ещё оставалась надежда, что горе-папаша, лишь исключение из правил... - Виктор, тяжело вздохнув, вновь отхлебнул из чашечки. - ... Эту последнюю надежду похоронил другой человек. Когда Наде исполнилось восемнадцать лет, она влюбилась. Полюбила большой и светлой любовью. Как в романтических книгах. Ромео и Джульетта двадцать первого века. Девушка впервые в жизни задышала полной грудью. Она доверилась своему принцу, рассказала всё о себе, отдала себя всю, ничего не требуя взамен. Всё бы было хорошо, если бы этот парень был, человеком, а не тварью. Он использовал её, посмеялся над её чувствами...
Парень повысил тон и инстинктивно сжал кулаки.
...Я бы его в клочки за это порвал. Девочка потеряла в одночасье всё, во что верила. Веру в жизнь, в справедливость, в добро, в бескорыстие, в честность. А главное, в любовь. Она попыталась покончить с собой, перерезав себе вены, но, к счастью, её вовремя нашли. Шрам, оставшийся на левой руке, напоминание, что никому нельзя верить. Теперь она использует мужчин, и лично я не могу её за это винить...
Виктор замолчал и посмотрел в окно. За витриной нескончаемым потоком шли люди. Устало шли, не замечая друг друга.
- Посмотри на них, Тоха. Готов спорить, что из тысяч людей, которые прошли мимо нас, едва ли найдётся десяток довольных жизнью. Причём далеко не всегда, для недовольства есть реальные причины. Некоторые люди сами себе создают проблемы с завидным постоянством, а затем жалуются на свою нелёгкую жизнь. Такое бывает… Но у всего на матушке-земле есть свои причины... Причина и следствие. Ты даже представить себе не можешь, какой властью обладает обычный человек. За один день своей никчёмной жизни он может, кого-то спасти от смерти, а кому-то поломать судьбу. Причём он сам никогда не догадается о последствиях своих действий. Я сейчас говорю, не о героях-суперменах, вытаскивающих из горящих домов грудных детей и собачек... И не о террористах- камикадзе, а о тебе, обо мне, о ней. - Виктор кивнул в сторону девушки за прилавком. - Человек может убить взглядом, а уж словом и подавно. Я был бы рад, если бы оказался не прав. Но это так.
Жертвой людского невежества, как и многие другие, стал и мой друг Пётр. Петя - добрейшей души человек. Ему, наверное, нужно было пойти в духовную семинарию. Но так уж повелось, что люди принимают доброту за слабость и неспособность постоять за себя. А как проще всего, подняться в своих, да и чужих, глазах? Конечно, унизить ближнего. И сразу чувствуешь себя отлично!.. Ему каждый день говорили, что он никто, бездарь и получеловек. Когда тебе постоянно говорят одно и тоже в течение длительного времени, ты невольно начинаешь в это верить. Если бы Эйнштейну каждый день говорили, что он сумасшедший, то он поверил бы. Не сразу, разумеется. Максимум через год. Поверил бы и не вывел теорию относительности... Вот и Петька поверил... - Витя повысил, было, тон, но вовремя сдержал себя и не перешёл на крик. - ... Ты бы знал, Тоха, как он играет на скрипке! У меня сердце кровью обливается! И он такой не один, таких много. В такие моменты начинаешь думать, что люди - стадо. Никто не уважает никого. Все любят, уважают и ценят только себя. Каждый сам себе и бог, и судья, и палач.
Но, впрочем, нет, не все. Не всё так плохо. В моей коллекции чужих жизней есть и хорошие. Есть люди, которые всё-таки видят дальше своего носа. Добрые, отзывчивые, конечно, не лишённые недостатков, но всё же помогающие, а не вредящие другим. Я тоже стараюсь, по мере сил, быть таким. Стараюсь жить для других, стараюсь помогать тем, кто в этом нуждается. Ведь зачастую не нужно ничего делать, ничего советовать, а нужно лишь помочь разобрать в себе. И это не пустые слова.
Например, та же Надя, которой, я постоянно доказывал, что есть и хорошие парни. Решилась, наконец-то, попробовать снова поверить. Хотя это и трудно, и страшно. И я знаю, я уверен, что теперь у неё всё будет хорошо.
Или Петька... Хотя какой он теперь Петька? Я не так давно отправил его к знакомому дирижёру. Большой человек. Он согласился взять его с собой в тур по братским республикам. Сейчас Пётр Андреевич знаменитый скрипач, а нужно было только подбодрить его. Помочь поверить в себя... ВОТ МОЯ РАБОТА.
И пусть она не приносит прямого дохода, зато несёт добро и свет людям... - Виктор закончил говорить, допил свой чёрный кофе и посмотрел на друга. Его взгляд изменился, он тоже стал грустным, но в глубине, как и у Виктора, зажёгся огонёк. Огонёк не заметный сразу, но говорящий о многом. Антон стоял и ничего не говорил. Виктор подошёл к нему, похлопал по плечу и сказал:
- Ну, вот и всё, Тоха. Надеюсь, ты понял меня. Неси свет людям - они это оценят. Может быть, тогда и этот страшный мир измениться к лучшему.
Сказав эти слова, Виктор кивнул другу и вышел из кафе. Антон стоял у столика, с закрытыми глазами. Стоял, ничего не говоря несколько минут. Затем поднял голову и открыл веки. Огонь в глазах стал ярче, теперь они излучали неземной, незаметный обычному человеку, тёплый, белый свет. ТАК на свет РОДИЛСЯ ещё один КОЛЛЕКЦИОНЕР ДУШ.

17:40 

ПЧЕЛЫ и ПАУКИ. Современная Народная Сказка

На одной лесной опушке жили себе были паучки. Обычные такие с мохнатыми лапками и несколькими глазками, ловили себе мух и не тужили до того момента, как однажды из леса пришел большой паук...
Он был огромен этот паук - членистые ноги, поросшие рыжим волосом, коричневатый крест на спине, круглое брюхо - гладкое, тугое, белесое, как будто наполненное гноем.
В многочисленных глазах паучков он показался им большим авторитетом... И сказал паук, что самый паукастый паук, это тот паук, кто больше мух съест.
И захотел каждый из паучков стать самым паукастым... И стали они развешивать все больше паутин, есть мух и днем и ночью, стали становиться жадными и жирными...
Вскоре мух стало не хватать и некоторым из них стало становиться совсем не по себе, так как себя не оставалось - более жирные пауки начали пожирать их самих...
А рядом с опушкой рос высокий развесистый дуб в дупле которого был большой улей с дикими пчелами. Пчелы жжили и не тужжили... Собирали себе с цветов нектар и делали из него вкусный сочный мед.
Каждый раз когда рядом с паучьей паутиной пролетала весело жужжащая пчела, у пауков, видя какие они яркие и вкусные, текла хищная слюна. Но они не могли их есть, так как пчелы были сильные и рвали паутину...
Пчелы жили слаженно и дружно в улье, поддерживая друг друга, кто-то носил нектар, кто-то строил соты, а кто-то охранял вход в улей...
Видя все это, хитрый паук задумал коварный план... Он понял, что нужно ослабить пчел, чтобы они не могли рвать паутину и тогда их можно будет ловить и кушать как мух... А чтобы они ослабли, всего-то нужно, чтобы они начали жить отдельно друг от друга и перестали помогать друг другу...
Для реализации своего плана, он поручил паукам говорить пчелам, как это здорово, когда ты сам себе господин, сам строишь свой собственный улей, сам носишь себе нектар и сам ешь весь мед... Да что там, можно даже быть настолько "уникальным", что лепить соты в форме семи, восьми и даже девятиугольников.
Сначала пчелы не обращали на эти разговоры внимания, но пауки так красочно рассказывали о персональных ульях, которые они даже готовы были помочь строить, о том, как это здорово съедать весь мед, что черное паучье дело начало приносить свои первые черные плоды...
Некоторые наивные и добрые пчелы решили, что это действительно может быть лучше, стали улетать из улья и строить свои собственные улья. Пауки стали им помогать... Но так как они были пауками, они конечно же не могли делать это как доброе дело, а просили за это немного воска, совсем чуть-чуть, какие-то проценты...
Для чего он им понадобился? А это было частью плана хитрого паука. Этот воск он давал муравьям, который им понравился как строительный материал для своего муравейника, чтобы они делали для пауков большие рекламные щиты...
Эти щиты с изображенными на них довольными улыбающимися пчелами в своих персональных ульях паучья пропагандистская машина развесила везде где летали пчелы...
А это уже привело к тому, что пчелы стали массово покидать улей и строить свои ульи... Улей опустел, в нем остались только самые стойкие пчелы... Паук убедил строящих улья пчел, что идея единого улья "несостоятельная" и вообще "неправильная", поэтому они смотрели на оставшихся пчел как на "странных пчел", не осознавая, что сами ими становятся...
Паучий план удался... Так как пауки помогали "как им надо", пчелы стали выматываться на строительстве ульев, переноске нектара, да еще и не высыпались, так как ночами приходилось просыпаться и защищать улей от пытавшихся влезть в него назойливых муравьев, позарившихся на понравившийся им воск... Более того, мед стал протекать из разноугольных сот...
И вообще, с пауками здесь пчелы не могли сравниться, как-никак жизнь по отдельности - это ведь паучья жизнь, в которой те были как пауки в паутине... Одним словом, измучились, похудели и сил стало меньше... И если раньше легко рвали паутину, когда в нее попадали, то теперь... Стали застревать в ней...
И началось ПАУЧЬЕ ПИРШЕСТВО...

Поскольку пчелы жили отдельно друг от друга, они не понимали, что их становится все меньше... Некоторые измученные пчелы стали задумываться, а не вернуться ли в улей?
Хитрый паук это предвидел и стал помогать ИЗБРАННЫМ ПАУКОМ пчелам... Он стал еще больше использовать муравьев, которым давал немного воска, а иногда просто съедал - муравьиная жизнь ничего не стоила, ведь муравьев было очень много и никто их не считал. Это позволило ему вовсю развивать свою паучью идеологию "паукастых пчел"...
"Смотрите!" Кричал он пчелам, показывая на "паукастых пчел", они СДЕЛАЛИ СЕБЯ САМИ! Они реализовали ПЧЕЛИНУЮ МЕЧТУ! Огромные экраны, созданные муравьями непрерывно крутили сцены сладкой жизни со "сделавшими себя" пчелами...
Глянцевые журналы показывали фото гламурных пчелок... "Ой, какие они звездные!" гудела вся опушка о богатых и знаменитых пчелах... Ах какая у них сладкая жизнь, какие тусовки...
"Ты тоже можешь стать таким! Да, да, ИМЕННО ТЫ!"
И завороженные, загипнотизированные навязчивой паучьей рекламой, пчелы продолжали изматываться, строя улья, собирая нектар и уставшие... Попадать в сети пауков...
Если раньше пчелы были веселым гудящим роем, дружной командой, которая была такая сильная, что могла построить огромный улей полный сочного меда, где у каждой пчелы была своя сота, то сейчас они стали слабые, безвольные и угрюмые, хоть и жили в отдельных ульях... Веселиться могли только "избранные пчелы"... Чтобы им было особенно весело, им специально для этого давали сладкую патоку, которая вызывала привыкание и так как пчелиные организмы не были к ней приспособлены, быстро убивала их... Это было сделано для того, чтобы на пьедестале кумиров - "знаменитых пчел" появлялись все новые и новые пчелы и казалось, что "избранных" много...
Ну а со стороны за всем этим своими многочисленными глазками наблюдал злобный паук и ухмылялся своей хитрости...
Жестокий паук установил такие безжалостные "паучьи правила", что как только пчела не могла отдавать достаточно воска за предоставленный ей улей, у нее его отнимали по "паучьему закону". Оказавшись выброшенной на улицу, итак изможденная, она становилась совсем беспомощной и на нее тут же набрасывались пауки... Чтобы искоренить у пчел чувство сострадания и превратить их в пчел - роботов, которые ведут себя не как пчелы - не возмущаются, видя как гибнут их братья, "научно доказывалось", что по теории видов это "второсортные пчелы", которые недостойны того, чтобы жить, что это пчелы - бомжи... Чтобы становившихся легкой добычей пчел - бомжей становилось все больше и для затуманивания пчелиного сознания сильных духом пчел, паук пропагандировал прокисший испорченный мед - медовуху, как "исконно пчелиный напиток"...
Паук достиг своей циничной паучьей цели... Так как наивные пчелы жили внутри паучьей "законной системы", они не могли видеть ее со стороны и не осознавали, что же на самом деле происходит...
Их становилось ВСЕ МЕНЬШЕ И МЕНЬШЕ...
И тут... В один особенно прекрасный для пчел день, на их счастье рядом пролетал шмель... Это был великолепный шмель, в расцвете всех своих могучих сил, шмель-красавец с большим желто-черным полосатым туловищем, настоящий крылатый тигр...Он был не какой-то молодой и неопытный, а вполне себе зрелый и очень мудрый шмель. Гулко гудя он облетел опушку. Увидев весь этот кошмар, что его родственников - пчел так жестоко уничтожают, шмель не мог пролететь мимо... Он сел на травинку и закричал пчелам:"Что вы делаете? Вы что не видите, что слабеете и жирные пауки вас съедают поодиночке? Не смотрите на этих пчел, которые остаются сильными, чтобы не попасть в паутину. Им помогает хитрый паук!"

На его крик прибежал паук. Увидев шмеля, открывающего пчелам правду, он решил покончить с ним... Подобно опытному охотнику, он бесшумно сквозь траву подкрался к нему сзади... Выпустив хищные челюсти, подрагивая тугим брюхом, огромный паук подполз к шмелю... И улучшив момент, прыгнул на свою жертву и приник к ней челюстями... Но не успел он сжать свои челюсти, как шмель изловчился, перегнулся и ударил! Сверкнуло страшное ядовитое жало... Из его туловища с легким свистом как будто вырвалась черная молния... Вырвалась и пронзила паука насквозь, снизу и до самого креста на спине, оставив в его брюхе весь свой яд...

Оглушенный ударом, паук замер... Потом его лапы начали бессильно - одна за другой - отцепляться, и он рухнул на землю. Еще несколько раз он слабо содрогнулся, пошевелил мохнатыми членистыми лапами и навсегда затих...А отважный шмель, расправившись с мерзким пауком попрощался с пчелами и полетел дальше по своим шмелиным делам...

Теперь пчелы услышавшие шмеля, знали, что происходит на самом деле... И в то же время они видели, что хоть главного паука больше не стало, его паучье дело живет, и их братья пчелы в мохнатых лапах жирных пауков...

И группа бесстрашных пчел решила бороться с паучьим гнетом... Они понимали, что пауки сильны, но осознание того, что они борются за самое ценное - СВОБОДУ придавало им сил и отваги. Для этого они вернулись в улей и объединившись с оставшимися в улье стойкими пчелами создали пусть и небольшой, но уже единый рой... Хоть по отдельности они и были слабы, но роем они могли рвать паутины с попавшими в них братьями, чтобы освободившись и влившись в их ряды, они увеличивали рой...

И обменивать воск на появившиеся у муравьев новые технологии, чтобы показать остальным, поддавшимся паучьей идеологии пчелам, что вместе, используя пчелиную идеологию можно ими пользоваться гораздо эффективнее - строить просторные ульи и выращивать целые поля амброзии с божественным нектаром...

Что стало дальше? Это неизвестно, так как действие этой сказки происходит в наши дни...

@настроение: www.liveinternet.ru/users/adutik/post137981117/

00:38 

Волшебное слово

Трое путников в поисках счастья странствовали по свету. Однажды на горной тропинке, вдали от людских жилищ, они встретили столетнего мудреца, который жил в полном уединении, занимаясь поиском Сокровенного.

“О мудрый старец! — приветствовали его странники, — Ты прожил на земле сто лет и познал все, что доступно человеческому разуму. Тебе открыты тайны земли и неба. Ты понимаешь язык птиц и зверей и знаешь, о чем шепчутся эти две ивы, склонившиеся над обрывом. Поделись с нами своей мудростью. Открой одно – единственное, волшебное слово, стоит произнести которое, — и желания наши исполнятся, люди и звери подчинятся нашей воле”.

“Что ж, слушайте и запоминайте”, — ответил им мудрец. И он назвал им слово. Услышав его, странники были очень удивлены.

“Это слово знает и может произнести каждый, не может быть, чтобы от него была какая-то польза”, — сказал один из них.

“Это слово грубовато для моего уха”, — заметил другой.

“Оно звучит совсем не так, как я ожидал. Вряд ли это действительно Волшебное Слово”, — решил третий.

С тем они и разошлись. Мудрец вернулся в свою келью, чтобы продолжить постигать тайны мироздания, а странники отправились в дальнейший путь на поиски счастья. Они не сумели понять самого главного: Волшебным может стать любое слово, согретое Верой, Надеждой и Любовью, идущими из самого сердца,

00:22 

Это страшное слово "Пепяка"

Владелец «Пятерочки» и «Перекрестка» открывает магазин «ПеПяКа»
smartysmile.ru 18:49 15-Дек-2009


Компания X5 Retail Group, которой принадлежат торговые сети «Пятерочка», «Перекресток» и «Карусель», откроет в Москве магазин «ПеПяКа». Об этом «Ленте.Ру» заявили в отделе X5 Retail Group по связям с общественностью.

По словам представителей пресс-службы, магазин будет работать в центральном офисе компании на Средней Калитниковской улице. Название магазина было выбрано на конкурсе среди сотрудников офиса и состоит из первых букв «Перекрестка», «Пятерочки» и «Карусели». Предполагается, что магазин откроется до Нового года. Сеть из «ПеПяКи» делать не планируется.

Стоит отметить, что на интернет-сленге слово «пепяка» означает рейтинг или карму.

Ранее о том, что X5 Retail Group зарегистрировала магазин «ПеПяКа», было известно из косвенных источников. В частности, информация о выполнении реконструкционных работ в магазине с таким названием была опубликована на сайте госзаказа.

X5 Retail Group — крупнейший российский продуктовый ретейлер. Под брендами этой компании работает более тысячи магазинов.

04:52 

жестокая правда о браке 19 века

Первоисточник: ”The Madison Institute Newsletter”, Fall Issue 1894.
Spiritual Guidance Press, New York City.

Для чувствительной девушки, имевшей счастье получить правильное воспитание, по иронии судьбы день свадьбы — самый счастливый и самый ужасный день жизни. Положительной стороной является сама свадьба, в которой невеста становится центром внимания в прекрасной и вдохновляющей церемонии, символизирующей ее триумф, когда мужчина гарантирует обеспечение всех ее нужд до конца ее жизни. Отрицательная же сторона — это брачная ночь, во время которой невеста должна, так сказать, заплатить за музыку тем, что вынуждена впервые испытать весь ужас половой жизни.


скрытый текст
В этой связи, дорогая читательница, позвольте мне поведать Вам одну ошеломляющую истину. Некоторые девушки встречают испытание первой брачной ночи с любопытством и удовольствием. Опасайтесь подобного отношения! Эгоистичный и похотливый муж может легко извлечь выгоду из такой жены. Никогда не следует забывать главного правила супружеской жизни: Давать мало, Давать редко, и, главное, Давать неохотно.

Иначе то, что могло бы быть истинным браком, способно сделаться оргией полового вожделения. С другой стороны, террор, осуществляемый молодой женой, не должен доходить до крайностей. Поскольку половая жизнь является в лучшем случае отвратительной, а в худшем — весьма болезненной, женщины вынуждены терпеть ее и делают это от начала времен, что находит воздаяние в моногамном доме и детях, ее посредством производимых на свет.

Конечно, идеальным был бы тот муж, который приближается к супруге только по ее требованию и только в целях зачатия потомства, однако подобного благородства и бескорыстия нельзя ожидать от обычного мужчины. Большинство мужчин, если им не отказывать, требовали бы половой жизни почти каждый день. Мудрая жена будет разрешать самое большее два коротких соития в неделю в первые месяцы супружества. С течением времени она будет прилагать все усилия к тому, чтобы уменьшить эту частоту. Наилучшую службу может сослужить жене имитация недомогания, желания спать и головной боли.

Споры, нытье, ворчание, пререкания тоже могут оказаться очень действенными, если прибегнуть к ним поздним вечером, примерно за час до того, как муж обычно начинает свое приставание. Мудрая жена всегда готова находить новые, более совершенные методы отказа своему мужу и обескураживания его любовных начинаний. Хорошей жене следует стремиться к тому, чтобы свести соития до раза в неделю к концу первого года брака и до раза в месяц к концу пятого года.

К десятой годовщине многим женам удается завершить деторождение и достичь конечной цели: завершения всех половых контактов с мужем. К этому времени, чтобы удерживать мужа дома, она уже может использовать его любовь к детям, а также общественное воздействие. Стремясь свести частоту половой жизни до возможного минимума, мудрая жена должна в равной мере обращать внимание на ограничение качества и уровня половых контактов. Большинство мужчин по натуре являются довольно извращенными, и если предоставить им хоть небольшую возможность, они используют ее для самых разных отвратительнейших способов. В число этих способов входят, помимо прочих, такие, когда нормальный акт совершается в ненормальных позах, а также когда мужчина лижет женское тело и дает ей лизать свое мерзкое тело.

Нагота, разговоры о половой жизни, чтение рассказов о ней, рассматривание фотографий и рисунков, изображающих и показывающих половую жизнь, являются пагубными занятиями, которые у мужчин легко входят в привычку, если им это позволять. Мудрая жена возьмет за правило никогда не позволять мужу видеть свое неприкровенное тело и никогда не позволять ему показывать свое неприкровенное тело ей. Половой акт, если он непредотвратим, должен совершаться в полной темноте.
Многие женщины находят полезным располагать плотными хлопчатыми ночными рубашками для себя и пижамами для своих мужей. В них следует переодеваться в отдельных комнатах. Их не нужно снимать во время соития. Таким образом, лишь минимум тела оказывается открытым. Когда жена оденется в свою ночную рубашку и выключит весь свет, она должна лечь неподвижно на кровать и ждать мужа. Когда же тот ощупью войдет в комнату, она не должна издавать никаких звуков, которые могли бы указать ему, в каком направлении она находится. чтобы они не послужили для него знаком одобрения.

Ей следует предоставить ему возможность самому нащупывать свой путь в темноте. Всегда есть надежда, что он споткнется и получит какое-нибудь легкое повреждение, что может быть использовано ею как вполне извинительный предлог для отказа ему в соитии. Когда же он находит жену, та лежит максимально неподвижно. Любое движение ее тела может быть истолковано оптимистичным мужем как половое возбуждение. Если он делает попытку поцеловать ее в губы, она должна слегка повернуть голову, так чтобы вместо этого его поцелуй без вреда попал на ее щеку.

Если он пытается поцеловать ее руку, ей следует сжать ее в кулак. Если он поднимает ее ночную рубашку и пытается поцеловать куда-то еще, она должна быстро одернуть рубашку, выпрыгнуть из постели и объявить, что естественная нужда заставляет ее сходить в туалет. Это будет, как правило, гасить его желание целовать туда, куда запрещено. Если муж стремится соблазнить ее сладострастными разговорами, мудрая жена должна неожиданно вспомнить какой-нибудь обыденный неполовой вопрос, который она тотчас задаст ему.

Со временем, муж поймет, что если он настаивает на половом контакте, то он должен идти к нему без эротического оформления. Мудрая жена позволит мужу поднять ей ночную рубашку не выше пояса и разрешит ему приоткрыть только ширинку пижамы, чтобы через нее совершить соитие. Она будет совершенно безмолвна или же будет лепетать что-то о своем домашнем хозяйстве, пока он будет силиться и пыхтеть.

Более того, она будет лежать совершенно неподвижной и никогда, ни при каких обстоятельствах не будет издавать стонов и придыханий в процессе совершения полового акта. Когда же муж завершит акт, мудрая жена должна начать пилить его по поводу множества мелких заданий, которые она хотела бы дать ему на следующий день. Многие мужчины получают большую долю полового удовлетворения от спокойного расслабления непосредственно после окончания акта.

Таким образом жена может заставить мужа убедиться в том, что в это время невозможно насладиться никаким покоем. В противном случае он приобретает стимул в скором времени попытаться повторить это. Обнадеживающий фактор, за который жена может быть благодарна, — это если и семья ее мужа, и школа, и церковь, и социальная среда в течение его жизни содействовали тому, чтобы внушить ему чувство глубокой вины в отношении его полового инстинкта, так что он приходит к брачному ложу с чувством вины и стыда, уже наполовину поверженный и подчиненный.

Мудрая жена ухватывается за возможность воспользоваться такой ситуацией и неустанно следует к своей цели: сперва ограничить, а позже — окончательно свести на нет стремление своего мужа к любым проявлениям половой жизни."

23:39 

...

нашла на форуме по рукоделию

01:41 

КАРАНДАШ

Прежде чем положить карандаш в коробку, карандашный мастер отложил его в сторону.

— Есть пять вещей, которые ты должен знать, — сказал он карандашу, — прежде чем я отправлю тебя в мир. Всегда помни о них и никогда не забывай, и тогда ты станешь лучшим карандашом, которым только можешь быть.

Первое: ты сможешь сделать много великих вещей, но лишь в том случае, если ты позволишь Кому-то держать тебя в Своей руке.

Второе: ты будешь переживать болезненное обтачивание время от времени, но это будет необходимым, чтобы стать лучшим карандашом.

Третье: ты будешь способен исправлять ошибки, которые ты совершаешь.

Четвертое: твоя наиболее важная часть будет всегда находиться внутри тебя.

И пятое: на какой бы поверхности тебя не использовали, ты всегда должен оставить свой след. Независимо от твоего состояния, ты должен продолжать писать.

Карандаш понял и пообещал помнить об этом. Он был помещен в коробку с призванием в сердце.

01:38 

ИЗМЕНЕНИЕ УЖЕ НАЧАЛОСЬ

К одному мастеру пришёл человек и спросил:
— Что мне следует делать, чтобы стать мудрым?
Учитель ответил:
— Выйди и постой там.
А на улице шёл дождь. И человек удивился:
— Как это может помочь мне? Но кто знает, всё может быть...
Он вышел из дома и встал там, а дождь лил и лил. Человек полностью промок, вода проникла под одежду. Через десять минут он вернулся и сказал:
— Я постоял там, что теперь?
Мастер спросил его:
— Что случилось? Когда вы там стояли, было ли дано вам какое-нибудь открытие?

Человек ответил:
— Открытие? Я просто думал, что выгляжу, как дурак!
Мастер сказал:
— Это великое открытие! Это начало мудрости! Теперь вы можете начинать. Вы на правильной дороге. Если вы знаете, что вы дурак, то изменение уже началось.

01:19 

БАБОЧКИ И ОГОНЬ

Три бабочки, подлетев к горящей свече, принялись рассуждать о природе огня. Одна, подлетев к пламени, вернулась и сказала:
— Огонь светит.
Другая подлела поближе и опалила крыло. Прилетев обратно, она сказала:
— Он жжётся!
Третья, подлетев совсем близко, исчезла в огне и не вернулась. Она узнала то, что хотела узнать, но уже не смогла поведать об этом оставшимся.

Получивший знание лишается возможности говорить о нём, поэтому знающий молчит, а говорящий не знает.

01:01 

ОНИ ВСЕГДА РЯДОМ


Они поселились на Земле вместе с первыми людьми и всегда сопровождали их и были всегда рядом. Они могли существовать и по отдельности. Это было редкостью, и, рано или поздно, Они встречались. Снова встречались. Так уж устроен человек.

Она была красивой и доброй, Он — колючим и неприятным.

Она была светлой и радостной, Он — темным и печальным.

Она несла людям тепло и надежду. Он — холод и зависть.

Она заполняла сердца и мысли, Он опустошал и забирал силы.

Она приходила, чтобы помочь и умереть, и воскреснуть снова.

Он жил постоянно, меняя свой облик и место жительства.

Ее все любили, холили и лелеяли, Его ненавидели и пытались изгнать.

Но люди зависели от них одинаково.

И так было всегда. Сначала приходила Она, за ней неотступно следовал Он. Даже если Его не замечали, Он все равно был. Он портил людям жизнь мелкими пакостями и крупными неприятностями. А самое главное, Он мешал Ей.

Он мешал в Ее работе. Иногда, только появившись, Она уже терпела поражение от Него. И планы человека оставались только планами. Ах, как много на Земле было разрушено Им, еще не создавшись. Потому что, повстречав Его в самом начале пути, Ей было уже трудно обойти ту преграду, которую Он выставил перед человеком. И, тем более, победить.

И в самом разгаре Ее работы Он пакостил не меньше. Его главной задачей было и есть не дать Ей вместе с человеком добраться до цели. И как часто человек не слушал Ее и сворачивал на полпути, под Его угрозой.

Даже у самого финиша Он мог догнать Ее и отбросить назад. И человеку без Нее оставалось только существовать. Ведь без Нее жить невозможно.

Без Нее жизнь теряла смысл, и смыслом завладевал Он. Он делал обычный день серым и безжизненным, а ночь наполнял бессонницей и кошмарами. Человеку не под силу справиться самому с Ним. Лечение у психиатра, принятие сильных лекарств помогало на время. Излечить же могла лишь Она. Она приходила и несла в себе свет и будущее.

Но и с Ней одной было не так просто. Она полностью овладевала человеком, и он шел за ней иногда ценою жизни. Своей и чужой. Она торжествовала победу, а человек, прогнавший Его, становился Ее заложником. И шел, ничего и никого не замечая вокруг. И человек приходил к Ней. Дальше наступало одиночество, Она тихо таяла, а за этим незаметно подкрадывался Он.

Но, к счастью, по одиночке Их встретить трудно. Так и ходят вместе по Земле Он и Она.


Страх и Мечта.


И без Страха трудно найти Мечту. Зачастую именно Страх рождает Мечту.

А за Мечтой всегда идет Страх. Страх «а вдруг не сбудется?»

Наша же задача сделать так, чтобы Страх не мешал Мечте осуществляться.

А Мечта победила Страх.

01:27 

еще немного стихов

x x x

Я пыль у твоих ног,
Застывший в ночи крик,
Поверженный наземь бог
И лунный прозрачный блик.
Я ветер в твоих кудрях,
Огонь у твоих колен...
Я твой первобытный страх
И твой долгожданный плен.
Я искра в твоих глазах,
Которая не сгорит...
Я тот, кто приходит в снах
И тает в огне зари.
Я лед твоих детских рук
И ярость слепых комет,
Я самый надежный друг,
Единый, как ночь и свет...
Сквозь буйный, весенний гам
Я всадник, принесший весть,
Я вечно то тут, то там,
И весь на ладони, здесь.
Я, тополем ввысь скользя,
Взойду на твоем пути...
И мне без тебя нельзя...
Ты только меня найди!



x x x

Как ты нашла меня? В каких календарях
Начертан путь наш, медленно и верно?
Двадцать восьмые сутки декабря
Свели нас вместе так закономерно...
Я улыбался, выгибая бровь,
Не понимая, что влечет бездонность,
Что девушка по имени Любовь -
Действительно любовь, а не влюбленность...
Весь мир готов проклясть или обнять,
Я шел по жизни тлеющей лампадой...
Как ты смогла поверить и понять?
И все простить, не упрекнув и взглядом?
Я путал все, дороги и следы,
Выплескивался в рифмах и конвертах.
И именем твоим назвав других,
Считал себя счастливейшим из смертных?!
А счастье - вот. Обрушилось, как снег.
До удивленья, Господи - как близко...
И время снова ускоряет бег,
И прошлым встречам ставит обелиски.
Не надо слез и восхищенных слов.
Не надо клятв ни письменно, ни устно...
Как невозможно называть Любовь
Заезженным и скучным словом - чувство...
Слились в одно два яростных огня,
Одни из тех, что эту землю вертят.
...И все-таки как ты нашла меня
Меж первым поцелуем и бессмертьем?..


В. К.

Не твоя вина в том, что мы не вместе.
Не моя вина в том, что мы в разлуке.
Мир бездумно слеп и преступно тесен,
И пространство глушит песен звуки.
Мы идем по кромке листопада
И сдуваем облака с ладони...
Объяснять нам ничего не надо,
Ты же так мудра. Я же так спокоен.
Мы идем вдвоем, улыбаясь шуткам,
И в движеньи губ не найти печали.
Ах, как легок шаг! Только в небе мутно,
И на сердце лед - не согреть свечами...
Нет меж нами стен и глухой ограды,
Сплетни так пусты, так наивны вести...
Нам не надо слов, нам довольно взгляда
Убедиться в том, что, как прежде,- вместе.
Пусть пустых надежд отшумели битвы
На ветру эпох, в суматохе буден...
Отписав стихи, отшептав молитвы
И... теперь уже ничего не будет.
Ты чужая мне. Я тебе не милый.
Разлучите нас - мы умрем в неволе.
Не твоя вина в том, что ты не в силах.
Не моя вина в том, что я не волен...



x x x

Тяжело... До обид, до горечи,
Выговаривать твое имя...
В раскаленной бессонницей полночи
Перед звездами золотыми.
Не молясь и не проклиная...
Но железом налиты губы...
Как легко уходить, читая:
"Нелюбимый..." или "нелюбый..."
Как легко размыкать объятья
Рук, которые отпускают
На распутье или распятье
Обнаженного бездны края.
Где возвышенным междометьем
И принятием всякой боли
Я себе кажусь просто третьим,
Третьим лишним на этом поле.
Побреду в цветах по колено
Над разлуки дырой озонной,
Буду душу лечить от плена
Золотой чертой горизонта.
Распевая казачьи песни,
Распивая донские вина,
Веселее и интересней
Ощущать себя мокрой глиной.
Слепим сердце, чирикнем спичкой
Так художественно и безвредно -
Вот и новый готов кирпичик


x x x

Не бывает любви условной...
В небе звезды застыли гроздью.
Бьет двенадцать, сегодня в дом мой
Обещала прийти гостья.
Длинноногая недотрога.
Кровь неровно стучится в венах...
Что-то стукнуло в раме окон
И прошло сквозняком по стенам.
Только свет зажигать не буду,
Даже если луна в тучах.
Если я не поверю чуду,
Хоть кому-нибудь станет лучше?
Я приму ее руки-тени
В ковш горячих моих ладоней.
Брошу все дела на неделе
Из-за глаз, что ночи бездонней.
Пусть не скажет она ни слова,
Я прочту сквозь ее молчанье
Отрицание - лобового,
Понимание - тонких тканей...
Озаренье иных мечтаний,
Неподвластного измеренья,
Разложение сочетаний,
Искажение точек зренья.
И она, улыбаясь тайно,
Мне напомнит, что все бывает...
Что уже остывает чайник,
Что уже шоколад тает...
На прощанье обернется,
Бросит взгляд на жилье поэта
И сюда уже не вернется.
И мы оба поверим в это...


x x x

Падает небо ажурным дождем,
Бывшее некогда синим...
Мы умираем, творим и живем
В мире изломанных линий.
Как силуэт, отраженный в окне
Долгой вагонной дороги,
Изморозь дней в очищающем сне
Взвесят небрежные боги.
И подведут неучтенный баланс
С уймой ошибок на бланке,
Щедро отдав подвернувшийся шанс -
Встретиться на полустанке.
Там, где грохочет на стыке ветров
Бешеный поезд Вселенной,
Мы разглядим неземную любовь,
Ставшую гордой и тленной.
Мы улыбнемся, почувствовав связь
Судеб, как вечных истоков.
Злоба пройдет, и отмоется грязь -
Ты уже не одинока!
Не уходи. И тогда, и теперь
Висну плющом на балконе...
И обреченное время потерь
Пересыпаю в ладонях...


x x x

Подними потолок. Просто нечем дышать,
Или стены раздвинь, я хочу потянуться...
В неоглядную ширь, в непролазную гать
На мгновенье уйти и совсем не вернуться.
Так ли надо спешить? Я же был в тех краях...
Там не пишут стихов, не страдают, не мыслят.
Я еще задержусь, но буквально на днях
Получил свой билет и бумаги на выезд.
Значит, снова плутать в черном небе без звезд,
Где прошедшая жизнь далека и условна...
Ах, как тихо вокруг! Желтый свечечный воск
Залепил бубенцы, и дорога безмолвна.
Ни дыханья, ни сна, ни пылинки в лицо...
Просто вечный покой. Даже скулы немеют...
Здесь прилежно живут и у мертвых певцов
Отбирают гитары для фондов музея.
Хоть бы стон, хоть бы храп, чей-то смех, или крик...
Но давненько огни потушили на башнях.
В облаках - то ли крест, то ль обугленный лик,
То совсем ничего... и становится страшно.
Если наша любовь все равно догорит
И останется здесь золотой и нетленной...
Над безверием тень, только где-то внутри
Сердца стук на Безмолвных
Скрижалях
Вселенной...



x x x

У меня за окном снег.
Редкий снег, колючий и злой.
У тебя за окном - век.
И мгновения чередой.
У тебя за окном сны,
Золоченые купола...
Словно запах литой сосны,
Сохраняет тепло зола.
У меня за окном шум,
Визг машин, суета, гарь..
Я, наверно, в твоем лесу
Не сумею гулять, как встарь.
У тебя за окном синь,
И, в морозный узор дыша,
Будто птица в родимый клин,
Так и рвется к тебе душа.
У меня за окном - ритм.
Телефоны, сюжет, глава...
Но в любой из моих молитв
Узнаются твои слова.
И мечтается об одном,
Что тогда не сумел сберечь...
Я зачем-то свое окно
Занавесил от прошлых встреч.
И поверил, что все прошло.
Да и ты не зажжешь свечу...
Снег упрямо стучит в стекло,
Что-то шепчет, а я молчу....


x x x

Ты мне говоришь, что тебе постоянно снится
Неведомый мир, где реальное слито с чудом...
И ломкие пальцы пролистывают страницы
Такого былого, что даже поверить трудно.
Где каждый день из минут ожидания соткан
И даже стать на колени уже не волен...
Я должен молча смотреть на твой кружевной локон -
К чему кричать о своей любви или боли?
Стихи по ночам о тайном и сокровенном...
Какие слова! Какое упрямство страсти!
Поэзия прошлого, как аромат вербены,
Покажется сном, словно привкусом Высшей Власти.
Но время придет,- вспоминая слова молитвы
И горько и сладко, как в детстве, просить прощенья.
Березовый Бог, с опрокинутым небом слитый,
Позволит, как в осень, вступить в костер очищенья...
Тогда я коснусь щеки твоей легким ветром,
А может быть, каплей дождя охлаждая кожу
Фаянсовых ног, обожженных татарским летом,
И ты улыбнешься... И ты мне поверишь тоже.
Растай же вплоть до воздушного поцелуя!
Весь мир измени водопадом случайной ласки!
А я зимой тебе на стекле нарисую
Прекрасного принца, скачущего из сказки...

x x x

Войди в рассвет, пока роса легка,
Пока вокруг всего и понемногу...
Дежурный ангел сдвинет облака
И выправит бумаги на дорогу.
Короткий путь из небыли в сюжет.
Короткий вздох о прошлом безразличьи.
Любимых глаз необратимый свет
И запах трав, и этот щебет птичий...
Все, как у всех, банально и смешно,
Рассказано, отыграно, пропето...
И повторяться было бы грешно,
Но так удобно, как иным поэтам.
Дай мне слова,- я их сплету в строку.
Хотя бы звук - он зазвучит иначе...
И музыка, что вечна на слуху,
Не разразится в смехе или плаче.
Она сгорит, как нотная тетрадь,
В огне каминном, пламенно и нежно.
Я все прощу, я все смогу понять -
Безудержно,
безумно,
безнадежно...

x x x

Для графини травили волка.
Его поступь была легка...
Полированная двустволка,
Как восторженная строка!
Он был вольный и одинокий.
На виду или на слуху.
Стрекотали про смерть сороки
Беспардонную чепуху.
Упоенно рычала свора,
Егеря поднимали плеть,-
Все искали, где тот, который
Призван выйти и умереть?
Нет, любимая... Даже в мыслях
Я не буду ничей холоп.
Я уже не подам под выстрел
Свой упрямый, звериный лоб.
И моя негустая шкура
Не украсит ничей камин.
Пуля - дура. Конечно, дура...
Только в поле и я - один...
Все бело, и борзые стелят
Над равниной беззвучный бег.
Эх, дожить бы хоть до апреля -
Поглядеть, как растает снег...
Как по небу скользят беспечно
Облака до краев земли...
И влюбиться в тебя навечно,
За секунду
до крика:
"Пли!!!"



x x x

Тебя украли у меня.
Теперь ты спишь в чужой постели...
Как освистали свиристели
Бег рыжегривого коня!
Безумно угрожать свинцу,
В висок влетевшему без правил...
Того, кто вел тебя к венцу,
Никак не упрекнуть в бесправьи.
Ликуй, законная струя!
Напыщенно и неумело
Листает камерное дело
Червонокрылый судия.
Ты руку подала сама,
Как луч прощального заката...
Тогда зима... Теперь зима...
И есть ли кто-то виноватый?
Чем пахнет пепел прошлых встреч?
Еще до твоего рожденья
Намеревался нас сберечь
Беспечный бог Предназначенья.
Прошел молитвенный экстаз
В каком-то ненормальном раже,
Но как ты улыбалась краже
Самой себя не в первый раз...
Я тупо ждал. Один из всех...
Судьба смеялась и визжала,
Когда другие брали верх
Над тем, что мне принадлежало!
Я был ничем не лучше их...
Над головой ломая шпагу,
Когда высокопарный стих
Коверкал рифмы и бумагу,
И мудрость веселилась всласть...
Ты получила, что хотела.
Душа возвышена, но тело...
Всегда берет над нею власть!



x x x

Храм мой - тело твое белое...
Вольно трактуя строку Писания,-
Господи, что я с собою делаю
В явном соблазне непонимания...
Читаю ладони твои, как Библию,
Вглядываясь в каждую черточку пристально,
Иду Израилем, прохожу Ливию,
Возвращаюсь в Россию жадно, мысленно...
Лбом запыленным коснусь коленей:
Так, припадая к порогу церковному,
Раненый воин, бредущий из плена,
Спешит к высокому и безусловному Слову;
Наполненные смирением,
Рвутся цветы из под снежной скатерти,
Или осенних лесов горение
Огненной лавой стекает к паперти.
Плечи твои... Не на них ли держится
Весь этот свод, изукрашенный фресками? -
Не Богоматерь, не Самодержица,
Не Баба степная с чертами резкими...
Не нахожу для тебя сравнения.
Сладко притронуться, как к святыне...
В каждой молитве - благодарение
Древне-возвышенной латыни!
Дай мне войти, позабыв уклончивость
Пришлых законов. Взгляни на шрамы.
Время любого бессилия кончилось.
Нужно держаться легко и прямо.
Храм мой - прими меня сирого, серого...
Не с плюсом, минусом - со знаком равенства.
Губ твоих горних коснуться с верою
И причаститься Святыми Таинствами



x x x

Может быть, где-то есть жизнь без тебя?
Но ведь была в недалеком "когда-то"...
Может быть, можно прожить не любя,
Над суетой поднимаясь крылато?
Просто парить, не касаясь земли,
Мыслью и взглядом, сознаньем и словом...
Не возвращаясь туда, где цвели
Вишни в знакомом саду богослова...
Где обреченно вздыхала сирень,
Книге церковной закладкой служила
Пара ромашек, и сладкая тень
Древнеславянского душу томила...
Чай был настоян на мяте. Лимон
Ели вприкуску, сощурившись - кисло...
Стрелки считали часы в унисон,
Вкруг обходя терпеливые числа.
Сотовый мед, белый хлеб на столе...
Боже, когда это все-таки было?!
Где это место на грешной земле,
Где ты меня безоглядно любила?..
...Вечер в дома колотушкой стучал
И на кладбище с упрямой заботой
Имя твое и мое - отчищал
Ветром от ржавчины и позолоты...


x x x

Черный город... Он не лечит душу.
Поливает спины львов слезами.
Сыростью тумана сфинксов душит
И глядит бесцветными глазами
На живого, гордого поэта -
Казака, художника, бродягу...
А у вас, наверно, бабье лето?
А у нас без зонтика - ни шагу...
В четкий ритм партикулярных линий
С древностью петровской позолоты -
Невозможно втиснуть запах пиний,
Вкус полыни, свежесть первой ноты
Хлебниковских строчек... И не надо.
Воздух здесь перенасыщен грустью.
Вязкая, чугунная ограда
Никуда меня уже не пустит...
Невская возвышенная слякоть
Давит с основательностью танка.
Даже Муза не решится плакать,
Чтоб не забрала к себе Фонтанка.
Говорят, что там вода воочию
Тянет к неизбывному покою.
Черный город вышел белой ночью
И уже идет,
сюда,
за мною...


x x x

В Петербурге не видно звезд.
Тучи в пляске святого Витта
Небо приняли за погост
В грязно-серых могильных плитах.
Я за ними в упор слежу
Из окошка шестой палаты,
Словно кладбищем прохожу
И считаю свои утраты.
На душе так легко - легко...
От обиды любой, невзрачной,
Сердцу хочется мотыльком
Биться в пламень луны прозрачный.
Или долго кричать в туман,
Поглощающий сны и даты,
Сквозь венозные воды ран
По каналам спеша куда-то.
А когда зазвенит мороз -
Солнце скупо и с неохотой
Облака из разбитых грез
Кроет временной позолотой...


x x x

Я разучился плакать в Петербурге.
Здесь вообще не ценят сантименты...
Бросающие мелочь демиурги
Чертовски скупы на аплодисменты.
Я был один. Ни голоса, ни драмы.
Пустые руки. Волчий вой в карманах.
На фоне петергофской панорамы
Не чувствуешь оптических обманов.
Все кажется и ближе и теплее,
В особенности жесты или взгляды.
Над головой с кудрявым Водолеем
Флиртует звездноглазая наяда.
Немой намек, прозрачнейший донельзя,
Уже велит определиться в теме.
Мелькнет заря, закусывая трензель,
Но в целом все вокруг, такая темень!
И ходишь, снисходительно кривясь,
На общегородское лицедейство,
Нащупывая родственную связь
Иглы шприца с иглой Адмиралтейства.
Все чуть сутулы... Тяжесть чугуна
Нездешних туч успешно давит карму.
Нирваны нет... И мы - не та страна,
И Пушкин не похож на Бодгикхарму.
Никто не ждет счастливого конца.
Но все же как вплетается в молебен
Заметное присутствие свинца
И в пуле,
и в усталости,
и в небе...


x x x

Когда убивали последнего единорога -
Лес содрогнулся, и даже птицы роняли слезы.
Глядела в испуге девочка недотрога,
Как копья дрожали, словно виноградные лозы,
Вонзаясь в белую спину зверя,
Что голову прятал у нее на коленях.
И бледное солнце отворачивалось, не веря
В людскую жестокость. Таилась в глазах оленьих
Вассальная преданность королю леса,
Тому, кто царственным рогом даровал волю...
Запевали сосны хором дневную мессу
О том, кто сегодня захлебывался болью!
А после мясо с размаху швыряли на блюдо,
И пили охотники в честь величайшей победы
Над силой природы, ее тонконогое чудо
Убили люди. Наши отцы и деды...

x x x

Я никогда не умру.
Просто уеду в Локхайм...
Туда, где ландграфа по-прежнему ждет королева.
Та, что любит меня, а я, бродяга и хам,
Не ценю этого, а вечно гляжу налево...
Иду вообще вправо, наперекор себе.
Благо о собственный меч порезаться невозможно...
И если что-то меняется в моей судьбе,
То уж, как правило, не вовремя и безнадежно.
Какие письма... закаты... холсты и цветы
С равновеликой ценностью будут закопаны в глину.
Никому не хочу завещать своей немоты,
Но... все книги - дочери, все картины - сыну!
Рано не рано, но есть ощущение, что пора
Всем раздавать серьги - сестер у меня много...
Багряной жемчужиной катится с ангельского пера
Моя земная и яркая прижизненная дорога!
Не торопите, я знаю время и знаю срок.
Мы еще успеваем наговориться друг с другом,
Но вся поэзия - это итог строк
А в конце ее, что показательно, лишь пустота и вьюга...



Рыцарь Роланд, не труби в свой рог.
Карл не придет, он забывчив в славе…
Горечь баллады хрипит меж строк
В односторонней игре без правил.
Им это можно, а нам нельзя.
Белое-черное поле клетками.
В чьем-то сраженье твои друзья
Падают сломанными марионетками.
Золото лат уплатило дань,
Каждому телу продлив дыхание.
Смерти костлявой сухая длань
Так не хотела просить подаяния…
Много спокойней — прийти и взять
Этих парней из породы львиной…
Как же теперь королевская рать
Без самых верных своих паладинов?
Музыка в Лету, а кровь в песок…
Совестью жертвовать даже в моде.
Плавно и камерно, наискосок,
Меч палача над луною восходит.
Бурые камни над головой…
Господи, как же сегодня звездно…
Бог им судья, а о нас с тобой
Многие вспомнят, но будет поздно.
Брызнуло красным в лицо планет.
Как это вечно и как знакомо…
Радуйтесь! Рыцарей больше нет!
Мир и спокойствие вашему дому…

00:45 

стихи не мои , прсто понравилось

x x x

Пора уходить. Вот и все. Увольненье в запас.
Начальник нам руки пожмет, проводив до порога.
Ребята толпою толкнут торопящийся "ГАЗ" -
Улыбки на лицах... И все-таки грустно немного.
Ну, дальше все ясно: дорога, родители, дом.
Там ждали и ждут, там ладонями сердце согреют.
А что позади? Только память, фуражка, альбом
И что-то еще, что я даже назвать не сумею.
Останутся фото, а также еще адреса
И вера, что все же разлука не долго продлится...
На плоской кассете - живые друзей голоса,
В три легких аккорда чуть хриплые песни границы...
Ночные тревоги, прожектор, дозор, маскхалат...
И я буду долго валяться без сна до рассвета,
Увидев случайно, как мой еще маленький брат
Тайком примеряет фуражку зеленого цвета...


ДИАЛОГ

- Уйди.
- Уйду... но все к твоим ногам -
Все, от полночных звезд до славы липкой,
Все, что в душе и что в руках,- отдам,
И ничего - взамен. Даже улыбки.
Всю душу выгребу - нигде ни закутка,
Чтоб затаиться чувству или слову,
Чтоб не была протянутой рука,
В которую ты вложишь камень снова.
Чтоб мысли вновь - прозрачны и легки,
И чтоб всегда - прекрасная погода.
Чтоб знанья жизни не были горьки
И сердце вдруг не спотыкалось с ходу...
- А что ж тебе?
- А мне - горячий чай,
Чтоб от тоски в душе не захлебнуться.
Чтобы тебя не встретить невзначай,
А встретив вдруг - спокойно отвернуться.
Чтоб жить - ни на ноже, ни по ножу,
Чтоб - нелюбим, так уж хотя бы понят...
- Уйди!
- Уже полжизни ухожу,
Но в спину снова гонят, гонят, гонят!
И глуше шаг, и в жилах вязнет кровь,
И незачем во всем искать основу, -
Уж если это мы зовем "любовь",
Зачем нам "жизнь" и "смерть" -
Два лишних слова.



НАБРОСОК ТУШЬЮ

По белой бумаге, глянцем лощеной,
Вожу, как японец, кисточкой черной.
И вот проявляются черною тушью
Людские движенья, костюмы и - души.
Исправить нельзя: есть закон непреложный,
Что тушью набросок стереть невозможно,
Исправить нельзя и украсить в охоту:
Как сделал, так сделал - не переработать.
И движутся люди, под кисточкой тая,
Такие, как есть, а не так, как мечтают.
И черная тушь растекается смело
В сражении вечном меж черным и белым.


ВАРВАРЫ

"Вар-ва-ры!" - в хрип переходит крик,
Фыркает кровь из груди часового.
Всадник к растрепанной гриве приник,
Вслед ему - грохот тяжелого слова:
"Варвары!"... Вздрогнул седой Ватикан,
Тяжесть мечей и задумчивых взглядов
Боли не знают, не чувствуют ран,
Не понимают, что значит: преграда.
Город ли, крепость, стена ли, скала,
Что бы ни стало - едино разрушат!
И византийских церквей купола
Молят спасти христианские души.
Но и сам бог что-то бледен с лица:
Страх - как комок обнажившихся нервов,
И под доспехами стынут сердца
Старых и опытных легионеров.
Мутное небо знаменья творит:
Тучи в движении пепельно-пенном.
"Варвары!" Посуху плыли ладьи
К окаменевшим от ужаса стенам.
...Быль или небыль о предках гласит -
Ждет лишь потомков пытливого взгляда,
Как Святослава порубанный щит
На неприступных вратах Цареграда.


МОИМ ДРУЗЬЯМ

В длительных поисках истины, веры и боли,
Кто-то верхом, кто-то просто с дорожной клюкой,
Мы уходили из дома по собственной воле:
Мы презирали уют и матрасный покой.
Под облаками мы рвали кольцо парашюта,
В юность входя под его белоснежным венцом,
Веруя в жизнь. Но порой выпадало кому-то
Вниз, в перехлестнутых стропах, в ромашки лицом...
Гнали коней мы, отчаянно-нетерпеливы,
Нас проносящих сквозь годы, сомненья и быт.
Если же кто-то не мог удержаться за гриву -
Как мы спешили спасти его из-под копыт.
Что мы узнали? Как пахнут сгоревшие травы,
Как останавливать кровь и стрелять на бегу,
Как нелегко быть всегда убедительно-правым,
Старых друзей оставляя на том берегу...
Но расправлялись нам вслед ковыли понемногу.
Память о доме, таясь, согревалась в груди.
Что мы успели? Найти горизонт и дорогу,
С вечною песней о той, что нас ждет впереди.


Может быть, слаб я?
А может быть, трус?
Трудно в себе самому разобраться.
Был, и не раз,
В непростых ситуациях
И не боялся,
А тут вот - боюсь
Взглядом задеть
Или словом обидеть,
Жестом неловким спугнуть тебя:
Вдруг
Чудо закончится -
И не увидеть,
Как рассыпается
Сказочный круг.
Новая встреча...
О, как же ты близко!
Смотришь в глаза, словно в душу,-
Насквозь,
Я замираю на лезвии риска
И ничего не беру на "авось".
Эта открытость - без капли сомнений.
Вводишь в свой мир -
Замирает душа!
...Падают листья под ноги, шурша,-
Воспоминания светлых
Мгновений.


x x x

Пишу стихи.
Мой строгий капитан,
Вы все смеетесь? Я не ради славы.
Они - во мне... И с горем пополам
Учу заставы строгие уставы.
Стихи - на турнике и на "козле"...
Их тихий голос пробивает камень.
И на меня шатающей земле
Стихи растут, как мак весенний, сами.
Вокруг одна поэзия видна!
И я спешу, не выбирая броду,
Сорвать цветок!
Но рядом старшина:
- Кру-угом! В наряд!
Чтоб впредь ценил природу...
Наверное, дела мои плохи -
Здесь не ответишь:
- Я и сам - с усами...
А над заставой вновь летят стихи,
Родными окликая голосами.
Да и усов уже в помине нет -
Гусарская краса не по уставу.
Но красоты земной прекрасен свет,
И я писать стихи не перестану.
Быть может, я и впрямь не подхожу
К армейской службе -
Точной и суровой?
...Опять наряд уходит к рубежу -
Я на ходу низаю слово к слову.


Ты просила написать? Будь по-твоему.
Окунемся, так сказать, в дебри прошлого.
Вот и память брызжет болью утроенной,
И плохое помнит все, и хорошее.
Понимаешь, ты такая красивая,
Нет семнадцати и жизнь беззаботная.
А моя душа - не небушко синее,
Хоть, конечно, и не тина болотная.
Понимаешь, просто сердце - как выжжено
Ожиданьями, молчаньем, разлуками.
В клетке ребер бьется горько-униженно,
А лечу его я сказками глупыми.
Было время - сам глядел ясным соколом,
Сам судьбу ковал и мог - невозможное.
Только встретилась одна, невысокая,
Сразу стал ручным и стреноженным.
Было время, вешний град в спину выстрелил,
И последние снега птицы выпили...
Душу под ноги ковром ей так и выстелил,-
Вот об этот-то ковер их и вытерли.
Даже обуви не сняв: эка невидаль!
Эх, дурная голова, масть бубновая...
Старых песен голоса тают медленно,
А смогу ль назвать тебя песней новою?
Целоваться-то и то - не обучена...
А играть с тобой себе не позволю я.
Что же сердце так и точит, и мучает?
Или жаль чего, иль так - меланхолия?
Нелегко на свете жить, как распятому...
Впрочем, кажется, привык и не жалуюсь.
Но - со мной иль не со мной - дело пятое,
Будь счастливой...
Будь счастливой! Пожалуйста...


x x x

Он странный был парень. Всуе
Порой совершал грехи.
Другим дарил поцелуи,
А ей посвящал стихи.
В каком-то хмельном угаре,
Опять-таки не как все,
Другим играл на гитаре,
А ей заводил Бизе.
Познав мастерства секреты,
Игривым резцом Буше
Другим рисовал портреты,
Ее же ваял в душе.
И был он на самом деле,
И совесть храня и честь,
С другими - каким хотели,
Лишь с нею таким, как есть.
Ее воспевал он имя,
Молился ее глазам.
Других принимал земными,
Ее вознес к небесам.
А ей так хотелось ласки,
Огня, поцелуев, слов.
Но он, как в старинной сказке,
Любил лишь свою любовь...


x x x

Я забываю имена.
Спросонья или сполупьяна
Басовым звуком фортепьяно
Встает забвения стена.
Я забываю голоса,
И даже старых песен звуки
В мои протянутые руки
Ложатся лишь на полчаса.
Я забываю адреса...
И те, кто где-то ждут упрямо
Письма иль строчки телеграммы,
Уже не верят в чудеса.
Я забываю, как в бреду,
Победы, пораженья, войны.
Так тише и куда спокойней,
И, в общем, знал, куда иду.
Душе теперь не привыкать,
Плащом забвенья укрывая,
Страницы памяти листая,
Их беспощадно вырывать.
Но тянет, что там ни пророчь,
За бешенством ветров-скитальцев,
Разбить стекло, изрезав пальцы,
И чье-то имя крикнуть в ночь...



x x x

Ветер ночной суров.
И далеко рассвет.
А у меня любовь
Вечно меж "да" и "нет".
Снова не как у всех -
Сердца не приневоль.
Горькое слово "смех",
Сладкое слово "боль".
Белой бумаги лист,
В баночке черной тушь,
Музыку дарит Лист,
Веря в единство душ.
Вялы движенья рук...
Но уж сложилось так:
Мутное слово "друг",
Ясное слово "враг".
В гриву вцепясь, держись! -
Бурных дней круговерть...
Так же жестока жизнь,
Как милосердна смерть.
Но из последних сил,
Стоя, как на краю:
Прошлое - "я любил..."
Вечное - "я люблю!"



"ВРУБЕЛЬ"

Подлунный мир, похожий на мираж...
Душа, как створки окон,- нараспашку.
Мне обжигает пальцы карандаш,
Закованный в кленовую рубашку.
Как бесконечно тянутся часы!
И как неясен тусклый смысл созвездий,
Как долог путь от млечной полосы
До лестницы в заплеванном подъезде...
И оттиски далеких черных дней
Стучат в висках холодной звонкой болью.
И в сердце кровь шалеющих коней,
Насыщенная порохом и солью...
Я больше не могу в таком огне
И пустоты, и недопониманья.
Но где-то там, в душе, на самом дне
Весь первобытный ужас мирозданья!
И вот тогда бессильны образа,
И каждый миг, словно столетье, длится.
И Демона хрустальная слеза,
Как жизнь моя, скользит, боясь разбиться.
Который век? Которое число?
Кто выдумал, что красота бессмертна?
Холодный воздух утра... Рассвело.
Короткий путь от вечности к мольберту...

22:30 

Выходной!!!

И наконец оно свершилось!!!! мы выехали в Выборг на прогулку!! все было просто супер! погода, город в который я влюбилась уже давно, и хорошая компания!!!! Эмоции не передать словами!

Дневник Neverik

главная